Главная >> Об архиве >> История архива >> Гудкин-Васильев В.Н. - Дом на Миллионной

Гудкин-Васильев В.Н. - Дом на Миллионной

(Сообщение на памятных чтениях, посвященных 100-летию закладки
здания Центрального государственного архива Военно-Морского Флота СССР.
Ленинград, 20 июня 1983 г.)

100 лет назад, 14 июня (ст.ст.) 1883 г. на Миллионной ул. в Петербурге состоялась закладка здания архива Государственного совета.

Это здание, построенное по проекту и под непосредственным руководством академика архитектуры Максимилиана Егоровича Месмахера, до сих пор сохранило свое первоначальное функциональное назначение. Наряду с этим, по оценке специалистов, оно считается "во многих отношениях одним из высших достижений русской архитектуры конца XIX века" (Пунин А.Л. "Архитектурные памятники Петербурга. Вторая половина XIX в." - Л., 1981, с.191).

 Здание на Миллионной ул., 36

Ко дню закладки здания вопрос о помещении для архива высшего законосовещательного учреждения России имел уже достаточно солидную историю.

Государственный совет был создан в 1810 г. Поначалу для его архива не требовалось большой площади, и он находился в Зимнем дворце, откуда после пожара 1837 г. был перемещен в здание Сената. С тех пор Министерство юстиции на протяжении почти 45 лет неоднократно возбуждало вопрос о переводе этого архива в какое-либо другое помещение. Но из-за отсутствия свободных казенных зданий, годных для переоборудования под архивохранилище, этот вопрос так и оставался неразрешенным.

В 1865 г. часть комнат в здании Сената была отведена кассационным департаментам и их канцеляриям. Таким образом, собственный архив Сената и находящаяся здесь же Сенатская типография лишились возможности дальнейшего расширения своих помещений, хотя испытывали в этом самую крайнюю необходимость: Сенатский архив из года в год пополнялся новыми делами, а с развитием типографии постоянно возрастал объем ее деятельности. Из создавшегося положения Министерство юстиции видело только один выход - непременное и, по возможности, скорейшее освобождение помещений, занимаемых в здании Сената архивом Государственного совета.

С другой стороны, перевод из сенатского здания был крайне необходим и для архива Государственного совета. Со временем количество его дел настолько увеличилось, что дальнейший прием стал совершенно невозможным из-за отсутствия места.

Особенно ощутимо возрос объем документов вследствие той роли, которую играл Государственный совет в подготовке и проведении буржуазных реформ 60-х - 70-х гг. XIX века. К 1881 г., когда архив уже не располагал свободным местом, в Государственной канцелярии лежали не сданными дела последних пяти лет и все дела Главного комитета об устройстве сельского состояния. Кроме того, само состояние архива внушало серьезные опасения в отношении условий его работы и в противопожарном отношении.

Из-за нехватки помещения шкафы, в которых хранились дела, стояли настолько близко друг к другу, что пройти между ними можно было с большим трудом. Особенно нелегко было отыскивать и доставать необходимые дела. Делать это приходилось с помощью свечи. Высокая пожароопасность помещения усугублялась еще и тем, что от квартиры смотрителя сенатского здания оно было отделено деревянной перегородкой.

Государственный секретарь неоднократно обращался к ряду министерств с просьбой о предоставлении архиву помещения в каком-либо из казенных домов их ведения. Ответ на эти обращения был однозначен: такого помещения не имеется.

После неудачи с ходатайствами об отводе под архив казенного помещения возникла мысль о покупке дома где-нибудь поблизости от Зимнего дворца. Для этой цели при Государственной канцелярии была учреждена Особая комиссия, деятельность которой не увенчалась успехом из-за непомерно высоких цен на дома в этой части города.

Вопрос сдвинулся с места и, в конечном счете, получил благоприятное разрешение вследствие замысла Военного министерства перестроить экзерциргауз при Зимнем дворце для организации в нем Интендантского музея.

Со времен Анны Иоанновны и до последнего десятилетия XVIII века на этом участке у Зимней канавки, где началось строительство архивного здания, находился императорский почтовый двор, перенесенный сюда с территории, занимаемой теперь Мраморным дворцом. Об этом Почтовом дворе напоминает название Почтовой улицы, сохранившейся на мраморной доске в стене здания Эрмитажа со стороны Зимней канавки.

Наглядное представление о том, как выглядели постройки Почтового двора, дает хранящийся в ЦГАВМФ СССР аксонометрический план Петербурга 2-й половины XVIII века, так называемый план Сент-Илера. Такими их видел А.Н.Радищев, воспитывавшийся в здании, находившемся напротив и изображенном на этом плане. О Почтовом дворе у Зимней канавки напоминают сегодня и мраморные ринальдиевские верстовые столбы, фиксирующие расстояние этого участка1.

В 90-х гг. XVII века на месте Почтового двора был построен экзерциргауз, приписываемый Бренне, в котором в ненастье или в холодную погоду производилось обучение солдат, а впоследствии помещался штаб императорской гвардии. Авторство Бренны документально не установлено и нуждается в подтверждении. К сожалению, в литературе такая оговорка отсутствует.

Один из наиболее интересных, но не реализованных проектов реконструкции этого маловыразительного одноэтажного здания у восточной границы Дворцовой площади, которое диссонировало с ее ансамблем, принадлежал К.И.Росси.

Перестройка экзерциргауза была осуществлена по проекту А.П.Брюллова почти одновременно с постройкой им Штаба гвардейского корпуса в начале 40-х гг. прошлого века. Реконструкция, как пишет об этом кандидат архитектуры Галина Андреевна Оль в книге "Александр Брюллов", вышедшей в серии "Зодчие нашего города" (Лениздат, 1983), в основном коснулась фасадов и внутренней отделки здания. Стены приобрели рустовку, а простенки между окнами - плоские пилястры без капителей. Центр продольного фасада по Миллионной улице был выделен четырьмя пилястрами.

Приведя эти крайне интересные данные о характере перестройки экзерциргауза, автор книги здесь же проявила странную и дезориентирующую читателей неосведомленность о последующей судьбе здания и участка. "В конце XIX столетия, - пишет она, - здание экзерциргауза разобрали и на его месте построили доходный дом" (с.85).

Что же было в действительности?

На запрос государственного секретаря, не найдет ли Военное министерство возможным поместить архив Государственного совета в какой-либо части новых построек, предполагаемых на месте экзерциргауза, был получен благожелательный ответ.

В соответствии с составленными Государственной канцелярией данными о размерах и расположении необходимых архиву построек, Главным инженерным управлением был составлен детальный план архивного здания и отдельного жилого дома, часть которого предназначалась для чинов штаба гвардии, а другая для нескольких чиновников, сторожей и курьеров Государственной канцелярии. Постройки должны были располагаться следующим образом: здание Интендантского музея - по Миллионной, здание архива - по набережной Зимней канавки.

"Высочайшее" утверждение проекта последовало 9 августа 1879 г. Однако, Министерство финансов, не возражая против необходимости этой постройки, не нашло возможным ассигновать деньги на 1880 г. А тут возникло еще одно непредвиденное затруднение. В мае 1880 г. здание экзерциргауза перешло в ведение Министерства императорского двора для помещения в нем служителей Зимнего дворца.

В переговорах с этим министерством, согласившимся на отвод части участка под постройку архива, выяснилась необходимость изменения первоначального проекта.

Поскольку вопрос о постройке жилого дома для чинов Гвардейского корпуса, часть которого предназначалась для должностных лиц и обслуживающего персонала Государственной канцелярии, теперь отпал, Министерство двора сочло существующий проект неудобным и предложило переориентировать фасады обоих зданий на Миллионную улицу.

По рекомендации бывшего военного министра Д.А.Милютина для составления нового проекта и сметы был приглашен профессор Николаевской инженерной академии инженер-полковник В.М.Карлович, считавшийся крупным специалистом в теории и практике строительного искусства. Его проект и смета, которая почти на 40 тысяч рублей сокращала расход на постройку, исчисленный на основании урочного положения, были рассмотрены государственным секретарем и, по совету генерал-адмирала в.к. Константина Николаевича, направлены на заключение лично известному ему "за знатока архитектурного дела" председателю Строительного отделения Морского технического комитета генерал-лейтенанту Э.И.Тилло. Найдя, что проект и смета составлены "хорошо и с надлежащей точностью и добросовестностью", Тилло сделал по ним лишь несколько замечаний технического характера.

Существенными были замечания Строительной конторы Министерства двора. В ее отзыве, в частности, указывалось, что проектируемый подвальный этаж архива требуется заменить другим этажом, т.к. проектируемое приспособление его под жилье недопустимо на основании Строительного устава.

Это и другие замечания были учтены Карловичем при составлении окончательного проекта, по которому для архива Государственного совета предполагалось выстроить каменный трехэтажный дом на сводах с подвалом для хранения дров. Площадь архивного здания, в котором проектировались также и две квартиры для чиновников архива, должна была быть рассчитана таким образом, чтобы оно в три раза превышало объем помещения, занимаемого архивом в здании Сената.

Жилой каменный дом проектировался Карловичем из четырех этажей с подвалом. В нем предусматривалось отвести квартиры для двух других служителей - дворников и истопников.

От брандмауэрной стены жилого дома здание архива должно было отстоять почти на 3 сажени и отделяться брандмауэром с другой стороны от придворно-служительского здания ведомства министерства двора.

Стоимость постройки исчислялась в 350 тыс. руб. Из них 40 тыс. руб. предназначалось на мебелировку и оборудование архивных помещений. В случае осуществления этого проекта архив Государственного совета получал удобное и надежное хранилище для своих дел, которое отвечало бы его потребностям, по крайней мере, в течение нескольких десятилетий. Здесь же предполагалось хранить дела Главного комитета об устройстве сельского состояния, архива бывшей собственной Е.И.В. Канцелярии по делам Царства Польского, переданного в 1876 г. в заведование Государственной канцелярии и находящегося в доме, принадлежащем петербургским губернским учреждениям, а также, в случае необходимости, оконченные дела Канцелярии Комитета министров и Кавказского комитета, размещенные в тесных и неудобных помещениях.

Ассигнования на строительство были учреждены и распределены на две равные части с внесением в сметы Государственной канцелярии на 1882 и 1883 гг.

Была создана Комиссия по постройке зданий архива Государственного совета. В августе 1882 г. членом этой комиссии и производителем работ назначен автор проекта инженер-полковник Карлович, в мае 1883 г. произведенный за отличие в инженер-генерал-майоры. Но проект Карловича так и остался неосуществленным.

Строить ему пришлось по проекту и под руководством Месмахера, которому он, несмотря на высокий собственный авторитет строителя, в деле постройки архива был подчинен полностью.

За несколько дней до закладки архива здания государственный секретарь2 уговорил Карловича поступиться честолюбием и убедил его в том, "что в его интересе лежит слепо слушаться Месмахера".

К чести Карловича следует отметить, что он прекрасно справился со своей задачей производителя работ. Его сложные временами взаимоотношения с Месмахером возникали главным образом из-за того, что Месмахер неизменно следовал своему главному правилу и хотел все делать сам.

Это творческое взаимодействие двух величин, и причастность Карловича к многострадальной истории проектирования здания неправильно поняты некоторыми исследователями, считающими, что авторами осуществленного проекта являются одновременно Месмахер и Карлович. Так, например, сказано, в солидном труде "Памятники архитектуры Ленинграда".

Впрочем, появление третьего по счету, теперь уже месмахеровского проекта архивного здания на Миллионной было неожиданным даже для большинства причастных к этому делу.

1 января 1883 г. государственным секретарем был назначен сенатор Александр Александрович Половцов, женатый на воспитаннице и единственной наследнице миллионов придворного банкира барона А.Л.Штиглица. Проект Карловича не отвечал его личным видам на здание архива Государственного совета и широким замыслам, связанным с деятельностью в созданном в 1866 г. "Русском историческом обществе" (в нем Половцов сначала был секретарем, а с 1879 г. - председателем). Половцову принадлежит заслуга в издании 128 томов "Сборников русского исторического общества" и многотомного "Русского биографического словаря".

Чтобы представить отношение к проекту Карловича и замысел Половцова, обратимся к его дневникам.

В записи, сделанной 26 января 1883 г. говорится: "В 9 час. у меня на дому Комиссия о постройке архива Государственного совета. Из доклада усматриваю, что комиссия… задалась мыслью на деньги, отпущенные для архива, построить еще казарму для сторожей, курьеров, конюшни и т.п., и чтобы уделить на это деньги, сделана экономия на постройке самого архива, и все, что предполагалось сделать из железа, будет сделано из дерева так, что в конце концов строится удобосгораемый архив с легко воспламеняющимися возле него поставленными грязными помещениями. Все эти предположения высочайше одобрены, но я, разумеется, останавливаю дальнейшее их осуществление" (Половцев, т.I, с.35, 36). Начиная с этого дня, он берет дело постройки архива в свои руки, постепенно, но очень энергично подготавливая почву для пересмотра состоявшихся уже решений. Частным образом Половцов поручает составление нового проекта академику архитектуры Месмахеру, директору Центрального училища Технического рисования, к названию которого он в своем дневнике неизменно добавляет слово "мое", 23 марта Половцов изложил свою идею царю. Смысл ее заключался в том, что помимо ведомственного архива Государственного совета, он намеревался устроить в том же здании Центральный государственный архив "для сосредоточения в нем важнейших бумаг послепетровской эпохи, хранящихся разрозненно в различных ведомствах". Идея, в принципе, не встретила возражений и, как пишет об этом Половцов, очень понравилась царю. Тот выразил лишь опасение, что для подобного архива в здании не хватит места и понадобится установить правила, какие дела и за какое время в нем хранить (Половцов, т.I, с.71). Задача, поставленная Половцовым перед Месмахером, исходила из возможности осуществления его идеи о создании под одной крышей двух независимых друг от друга образцово устроенных архивов и требовала совершенно новых архитектурных и объемных решений. Этот замысел Месмахер и воплотил в своем проекте членением здания на два по существу самостоятельных крыла, объединяемых и вместе с тем разъединяемых внутри единой парадной лестницей - ротондой.

23 апреля 1883 г. Половцов уже продемонстрировал председателю Государственного совета месмахеровский проект, который 5 мая 1883 г. был представлен царю и получил одобрение.

Строительство архива, начатое 14 июня 1883 г., осуществлялось в две очереди. Сначала были выстроены часть главного здания, выходящая на Миллионную, включая лестницу, трехэтажный жилой дом и при нем каменную прачечную.

Посетив стройку 8 сентября 1883 г., Половцов нашел ее превосходной. Часть главного здания по Зимней канавке сооружалась уже с учетом опыта строительства первой очереди и с корректировкой сметной стоимости работы, выполненной Карловичем.

В ноябре 1885 г. в служебном положении Карловича произошли большие перемены. Он был переведен из военного ведомства в морское с оставлением профессором Николаевской Инженерной академии и производителем работ по строительству архива.

Эту работу ему пришлось выполнять одновременно с новыми должностными обязанностями и многочисленными заданиями других учреждений и ведомств.

Документы о жизни и деятельности Карловича, скончавшегося 21 января 1892 г. в должности старшего помощника главного инспектора Морской строительной части, хранятся в ЦГАВМФ СССР.

Темпы, которыми велась постройка архива, были очень высокими и результативными, несмотря на сложность производства многих работ, связанных со специальным назначением здания. Впервые строился архив, подобного которому по его внутреннему оборудованию еще не было не только в России, но и в мире.

Здесь было предусмотрено и продумано все: возможности рационального размещения дел, условия противопожарной безопасности, обеспечение оптимальных режимов хранения документов, включая систему регулировки температуры и влажности, светозащиту, вентиляцию и многое другое. В здании имелось шахтное грузоподъемное устройство - прообраз будущих лифтов.

По сведениям на 3 ноября 1886 г. это уникальное здание считалось уже "доканчиваемым" постройкой.

Работы по окончательной отделке и оборудованию архива продолжались весь 1887 г. В течение этого года, обозначенного на фасаде здания как год окончания постройки, с помощью специальных подъемных лесов были подняты и установлены на места металлические сейфовые шкафы для дел, изготовлены и установлены металлические оконные переплеты и двери, произведена штукатурка и окраска фасадов.

В середине октября 1887 г. на фасаде по Миллионной улице были укреплены мозаичные надписи с названием архива и датами начала и окончания постройки. Стоимость их изготовления обошлась в 1 рубль за каждый квадратный вершок.

Вся картина строительства, включая данные о поставщиках, заводах, исполнителях ряда работ достаточно полно представлена в документах, хранящихся в Центральном государственном историческом архиве СССР, где, кстати, ныне и находятся дела архива Государственного совета, выдворенного когда-то из здания Сената.

Что же касается Государственного архива, то вопрос о его создании со временем так и повис в воздухе, натолкнувшись на непреодолимые ведомственные барьеры.

Правда, 14 декабря 1887 г., когда здание было уже готово3, Половцов вновь напомнил царю о своем замысле создать в Петербурге Центральный государственный архив "для бумаг, имеющих историческое, государственное значение" и разбросанных по архивам разных ведомств.

"Я эту мысль одобряю, но думаю, что у Вас не хватит места", -  возразил ему царь.

"Места у меня хватит во вновь выстроенном здании, - ответил на это Половцов, - но я опасаюсь опять оппозиции чиновников, которые не захотят в каждом отдельном ведомстве выпускать из рук хранящиеся у них бумаги и связанные с этим хранением служебные выгоды" (Половцов, т.2, с.62).

Слом ведомственных барьеров в интересах науки, государства и общества был осуществлен в нашей стране только после победы Великой Октябрьской социалистической революции в осуществление ленинского декрета от 1 июня 1918 г. "О реорганизации и централизации архивного дела".

Отмечая 100-летие закладки нынешнего дома №36 по ул.Халтурина, уместно вспомнить, что именно с ним, с его превосходным проектом связывалась первая попытка претворить в жизнь неосуществленную и неосуществимую тогда идею, которая стала основополагающей в теории и практике советского архивного строительства.

Центральный государственный архив Военно-Морского Флота СССР находится в этом здании с 1926 г.

 

Гудкин-Васильев В.Н.

 

Виль Николаевич ГудкГудкин-Васильев В.Н.ин-Васильев
(10 апреля 1934 - 31 декабря 2011)

- сотрудник отдела информационного обеспечения Российского государственного архива Военно-Морского Флота. Выпускник ЛГУ им. А.А.Жданова, он проработал в архиве с 1963 г. до последних дней жизни. Занимался изучением истории Центрального государственного архива Военно-Морского Флота. Сообщение "Дом на Миллионной", подготовленное В.Н.Гудкиным-Васильевым для памятных чтений, посвященных 100-летию закладки здания ЦГАВМФ СССР, не потеряло актуальности и сегодня.

 

 

 

Примечания к статье В.Н. Гудкина-Васильева
"Дом на Миллионной"

(сост. Ю.Т.Вартанян)

1 - В действительности, верстовых столбов на этом месте никогда не было.

2 - А.А.Половцов. [А.А.Половцов (1832-1909) был также председателем Русского Исторического общества, которое размещалось в дворовом корпусе здания. В 1896-1918 гг. обществом были изданы 25 томов Русского биографического словаря].

3 - Освящение нового здания состоялось 30 марта 1888 г.


на главную страницу